Как сообщила газета «Коммерсант» обстоятельства трагедии с самолетом Як-42 под Ярославлем с хоккеистами «Локомотива» окончательно проясняются.
Эксперты технической комиссии Межгосударственного авиационного комитета по расследованию катастрофы Як-42Д, в которой погибла хоккейная команда ярославского «Локомотива», вчера начали летные эксперименты, с помощью которых рассчитывают однозначно подтвердить или, наоборот, опровергнуть свою основную версию трагедии. Согласно этому предположению, взлету самолета помешал один из его пилотов, державший в момент разгона ногу на тормозной педали.
Как рассказали «Ъ» участники расследования, всю прошлую неделю сотрудники Летно-испытательного института имени Громова (ЛИИ) готовились к проведению экспериментов, главная цель которых — установить причину трагедии, унесшей жизни 45 человек. Они зарезервировали Як-42Д и подготовили в подмосковном Жуковском взлетно-посадочную полосу, на которой обычно проходят испытания новых самолетов.
Как говорят эксперты, на первом, относительно простом этапе пилоты просто подняли машину в воздух, полностью скопировав при этом все действия погибшего экипажа, но «без воздействия на самолет дополнительной тормозящей силы».
Второй этап, как признаются сами испытатели, будет непростым даже для них, поскольку подобных манипуляций никому и никогда еще производить не доводилось: самолет придется разгонять буквально на тормозах. Как говорят участники эксперимента, одному из летчиков, «яковлевцу», поручено увеличивать режим работы двигателей, разгоняя машину на полосе и одновременно поднимать руль высоты, чтобы задрать вверх ее нос. В это же время его напарник из ЛИИ будет сдерживать разгон самолета и вынуждать его клевать носом вниз с помощью тормозной педали.
Напомним, что за время расследования эксперты технической комиссии последовательно опровергли все ранее высказанные версии относительно причин катастрофы. В том числе об отказавших в момент разгона двигателях, о попавших в них птицах, некачественном топливе. Была опровергнута и экзотическая версия о том, что при взлете пилоты забыли снять машину со стояночного тормоза.
Среди предположений, по сути, осталось одно — о том, что нормальному взлету препятствовало торможение, предпринятое одним из летчиков уже после старта. Пилот, как говорят расследователи, даже не тормозил в прямом смысле этого слова, а, скорее всего, неосознанно притормаживал, положив ногу на соответствующую педаль, возможно, приняв ее за расположенную рядом жесткую опору для ступни. При этом сами тормозные механизмы, которые привел в действие пилот, как установили эксперты, были технически исправны и включиться самопроизвольно не могли. Тем не менее о торможении свидетельствовали следы протекторов, сохранившиеся на бетонке. Судя по ним, притормаживание началось еще в середине разгонного участка и не прекращалось до самого отрыва.
Возникшее незначительное — около 28 атмосфер — давление в тормозной системе практически не препятствовало разгону: самолет, как говорят эксперты, набирал скорость при взлете в абсолютно штатном режиме. Однако возникла другая проблема, на которую летчики сразу обратили внимание,— тормозное усилие на колесах шасси заставляло машину клевать носом, не позволяя экипажу задрать его вверх для взлета. Чтобы уйти в воздух в этой ситуации, управляющий пилот, предположительно, командир, с избытком переложил руль высоты на кабрирование, энергично потянув штурвал на себя, и оторвался от земли уже после того, как машина выскочила на 500 м за пределы взлетной полосы.
Однако сразу после отрыва колес, когда пикирующее тормозное усилие пропало, перетянутый штурвал мгновенно дал о себе знать — самолет устремился вверх, вышел на закритические углы атаки и свалился в штопор. Иначе говоря, Як-42Д не недобрал, как утверждалось ранее, а перебрал высоту при взлете. Мачту же радиомаяка он таранил, уже будучи в штопоре (подробнее: www.kommersant.ru/doc/1792319).
По сведениям, уже появившимся в прессе, 7 сентября за штурвалом самолета был второй пилот Игорь Жевелов. Причем для него роковой полет был обучающим, он раньше летал на других типах самолетов, а опыта взлета на «Як-42» у него не было.
Командир экипажа Андрей Соломенцев передал управление второму пилоту, сославшись на плохое самочувствие. И это странный момент, ведь экипажи обычно проходят медкомиссию, где как раз проверяют состояние пилота. А по показаниям персонала аэропорта Туношна командир воздушного судна сильно нервничал перед полетом и был явно не в себе.
В распоряжении нашей программы оказалась расшифровка переговоров экипажа «ЯК-42» в последние полторы минуты перед крушением. Оговоримся, официальных подтверждений, что расшифровка подлинная, у нас нет. Однако некоторые детали заставляют предполагать, что все же это та самая запись.
Командир: 74, 76.
Бортинженер: 74, 76.
Командир: Время, фары. Взлетаем, рубеж 190.
Командир: Три, четыре, пять, номинал.
Бортинженер: На номинальном.
Бортинженер: Скорость растет. Параметры в норме. 130, 150, 170, 190, 210.
Поначалу самолет разгоняется как положено: прибавляет по двадцать километров в час в три секунды. А вот дальше, как видно из расшифровки, он набирает те же двадцать километров в час восемь секунд, словно что-то ему мешает.
Напомним, эксперт считает, что самолет двигался медленно, то же самое рассказывал диспетчер. Как следует из дальнейшей расшифровки, командир слишком поздно скомандовал перейти на взлетный режим, все это время двигаясь на номинальном.
Летчики пытаются понять, что же мешает носовой части самолета оторваться от земли. И командир командует выпустить стабилизатор. В тот момент, когда полоса уже заканчивается.
Командир: Взлетный.
Бортинженер: 220, 230.
Второй пилот: Наверное, стабилизатор.
Командир: Взлетный, взлетный, стабилизатор.
Второй пилот: Что ты делаешь?
Командир: Взлетный.
Бортинженер: Взлетный.
Командир: (нецензурно).
Второй пилот: Андрюха!
С самого начала было непонятно, почему командир не отдал приказ немедленно прекратить неудачный взлет, ведь уже при разгоне по полосе было ясно – происходит что-то не то. Вместо команды включить взлетный режим в конце полосы, пора было как раз тормозить: при выкатывании на грунт поломались бы стойки шасси, да и пассажиры получили бы тяжелые травмы.
Но почему-то командир воздушного судна решил взлетать. И вероятно, именно это имел в виду второй пилот, когда крикнул: «Что ты делаешь?». Однако явное недопонимание друг друга в экипаже и ошибка при взлете, это все же пока не больше чем версия.
По словам выжившего и пришедшего в себя бортинженера Сизова, который во время полета находился в салоне в пассажирском кресле, еще перед отрывом самолета от земли стало очевидно, что возникла нештатная ситуация, и пассажиры стали волноваться, так как «Як-42» слишком долго не взлетал. «С грунта взлетели, и я понял, что заваливается самолет и сейчас мы разобьемся», — добавил инженер.
При этом диспетчеры вспоминают, что накануне полета командир экипажа очень волновался и был не в себе.
Год спустя: Как сообщили телеканалы и в частности РТР, экипаж до этого все время летал на самолете ЯК-40, который в управлении им значительно отличается от ЯК-42. Летчики управлять самолетом Як-42 учились лишь на бумаге. Просто были оформлены документы, что они прошли переподготовку. Что примечательно, при взлете Як-42 надо педаль тормоза отпускать, а в ЯК-40 надо жать. Вот и нажали по привычке на тормоз при взлете. Командир экипажа имел опыт полетов вдвое ниже, чем пилот и полностью доверялся ему. Собственно все. Виновно полностью руководство компании.
